«Стоит береза фронтовая»: древесное место памяти о Великой Отечественной войне в советской литературе

Аннотация

Вопросы, поставленные в статье, можно сформулировать следующим образом: было ли превращение березы в символ России исключительно успешным советским проектом или такая репрезентативность «русского дерева» в советскую эпоху стала лишь кратким эпизодом в его долгой истории? Какую роль в формировании культа русской березы сыграл опыт Великой Отечественной войны, запечатленный в стихах и песнях о ней? Стихотворения ветеранов и детей войны о пережитом образуют базовый материал для изучения того, как береза превратилась сначала во «фронтовое», а затем в «русское дерево». Эта образно-смысловая динамика рассматривается в лаконично очерченном контексте изображений «фронтовой березы» в советской литературе и березы в российской классической поэзии XIX в. Поэтические образы «фронтовой березы» исследуются в статье — настолько, насколько это позволяет источниковый материал и рамки текста, — с учетом их рецепции читателями, а также сопоставляются с образами березы, циркулировавшими среди участников и современников войны. Авторы приходят к выводу, что за несколько десятилетий мужчины-фронтовики, а также возмужавшие дети и подростки войны в поэзии и прозе создали образ «фронтовой березки». Классическая же российская культура XIX в. по ряду причин не могла стать прочным звеном спорной, изобретенной традиции почитания березки как национального символа России. Береза стараниями деятелей культуры из поколений участников и свидетелей войны превратилась в кладовую смыслов, из которой по желанию и надобности можно было черпать дорогие и полезные образы. Фронтовики придали процессу превращения березы в «русское дерево» новый, небывалый импульс.